Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

24868545
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
18270
19986
136776
22582799
470989
646231

Сегодня: Окт 22, 2017




ГУРВИЧ Е. А.

PostDateIcon 13.12.2012 17:19  |  Печать
Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 
Просмотров: 2320

Г. ШИПУЛИНА

«ТЫ ВСПОМНИ МЕНЯ И «БАКИНСКИЙ РАБОЧИЙ»

С этими словами, вынесенными в заголовок, Сергей Александрович Есенин обратился к одному из своих бакинских друзей — Евсею Ароновичу Гурвичу в единственном посвященном ему экспромте, который достаточно хорошо известен:

Пускай я порою от спирта вымок.
Пусть сердце слабеет, тускнеют очи,
Но, Гурвич, взглянувши на этот снимок,
Ты вспомни меня и «Бакинский рабочий».
Не знаю: мой праздник иль худший день их,
Мы часто друг друга по-сучьи лаем.
Но если бы Фришберг давал нам денег,
Тогда бы газета была нам раем! [1]

Е. А. Гурвич. 1928 годЕвсей Аронович Гурвич родился в 1885 году в селе Дубровка бывш. Орловской губернии, в бедной крестьянской семье, мальчиком вынужден был батрачить, потом работал чернорабочим. Ранняя социальная зрелость позволила ему уже в 19 лет стать членом партии, он участвовал в революции 1905 года, несколько раз был арестован, ссылался, но не прекращал вести пропагандистскую работу сначала среди рабочих, а с началом мировой войны — в войсках.
Он участвовал в создании Красной Гвардии на Украине, в восстановлении народного хозяйства, редактировал одну из местных украинских газет, затем недолго работал в Москве и вновь вернулся на фронт.
В сентябре 1922 года он с семьей (женой и тремя детьми) приехал в Баку и обратился в «Бакинский рабочий». Однако в газету его не приняли, а зачислили контролером в склады проднефти. С первых же дней работы Е. А. Гурвич начал писать заметки в рабочую газету «Труд», которые регулярно появлялись за подписью «Р.Б.» или «Рабочий большевик». Через несколько месяцев его пригласили на постоянную работу в «Труд», а 10 декабря 1924 года он был направлен в «Бакинский рабочий» литсотрудником в отдел Партийной жизни. В этой газете он проработал почти постоянно вплоть до ухода на пенсию в 1957 году. Умер он 21 апреля 1971 года, а 23 апреля состоялась гражданская панихида в Доме культуры каспийских моряков (ул. Хагани, 16). Е. А. Гурвич начал работать над воспоминаниями о встречах со многими известными писателями (С. Есенин, В. Маяковский, Д. Бедный, Б. Пильняк, Н. Погодин и др.) после ухода на пенсию. Он автор двух повестей: «Рядовые», кн. I (М., 1958) и «Путями непроторенными» (М., 1964), а также нескольких брошюр о работе газетчика. В архиве писателя, который, кстати, не был членом Союза писателей, сохранилось несколько вариантов его воспоминаний, близких по содержанию. Неопубликованные воспоминания Е. А. Гурвича хранятся у его сына, проживающего в Баку. Сын Е. А. Гурвича — Том Евсеевич — любезно предоставил нам два варианта: один не имеет названия, а второй озаглавлен автором — «Мои газетные университеты (40 лет в газете — Воспоминания)» (Баку, 1966). Небольшой отрывок из воспоминаний о встречах автора с Сергеем Есениным был опубликован в газете «Баку» 3 октября 1965 года и назывался «Есенин в Баку». Полностью воспоминания Е.А.Гурвича никогда не публиковались.
К сожалению, нам неизвестна дата знакомства Е. Гурвича с С. А. Есениным [2], но о том, как это произошло, он пишет в своих воспоминаниях:

«Как-то пригожим утром ранней весны иду я мимо ресторана, помещавшегося в доме у сада Карла Маркса (сейчас пл. Низами), вдруг слышу — кто-то позвал меня. Обернулся и вижу у самых открытых дверей ресторана добродушного, вечно улыбающегося поэта Мурана… Я подошел. За столиком, у самых настежь раскрытых дверей, сидел за бутылкой вина Муран с молодым белокурым синеглазым человеком.
— Зайди, не стесняйся, познакомься с Есениным.
Я обомлел. Должен сказать, что я Есенина обожал, зачитывался его стихами, другим советовал читать их. За это мне здорово попадало от Пира и, особенно, от Тарасова (напостовцы, сотрудники газеты «Труд». — Г.Ш.).
— Мужик, кулак,— говорили они про Есенина. — Он из тех мужиков, кто французскую революцию погубил.
Я мало обращал внимания на эти речи, знал, что Тарасов вряд ли читал историю французской революции и поет с голоса Пира <…>
— Садись,— пригласил меня Есенин. — Выпьем.
— Только не это, милый-дорогой, только не это.
— Он не любит выпивку, — смеясь, сказал Муран.
— А я вот порченый, — вздохнул Есенин, с досадой отодвинув от себя стакан вина, и сказал: — Пойдем! — порывисто поднялся с места, бросив на стол деньги, и мы вышли.
Он пробыл в Баку три месяца [3]. Мы с ним встречались ежедневно, но ни разу он мне не намекнул на выпивку и ни одной капли водки или вина я с ним не выпил. По дороге у нас завязался оживленный разговор о литературе, о литературных кружках [4].
Есенин заинтересовался литкружком при «Бакинском рабочем»… На первое же собрание литкружка в «Бакрабочем» (оно состоялось 3 апреля 1925 года. — Г. Ш.) Есенин пришел вовремя. Он был трезв, принимал активное участие в обсуждении прозы и стихов рабкоров, похвалил молодого плотника Петю Дидаева. Стихи Саши-токаря — он не одобрил, хотя и оговорился, что не воспринимает производственных стихов, посоветовал поэту ввести в стихи побольше задушевного. Так и сказал: «Больше души», чтоб читатель видел не только фуганочки и рубаночки, но и душу столяра. Резко он ото¬звался о стихах Высоцкой, но рассуждения ее о стихах других авторов ему понравились: «Знает толк в стихах!». Собрания, на которых присутствовал Есенин, были многолюдны и проходили оживленно. Читал поэт и свои стихи. И как читал!
Богат русский язык, но передать, как читал Есенин,— и в нем слов не найдется. Сядет на стол, положит ногу на ногу, руками обхватит колени, чуть опустит голову и читает. Читал тихим, но полным чувства голосом, а на опущенных ресницах поблескивали крохотные слезинки. Нельзя было его слушать без глубокого волнения. Ни разу он не возвышал голоса, как это делают некоторые артисты, читая его стихи.
— Душу тревожит,— говорил старик Ковалев,— птица-соловей, а не человек.
— Совесть очищает от житейской скверны,— так оценил чтение Есенина одаренный поэт-рабочий Гусев.
У Есенина были деньги. И душа нараспашку. Вот вокруг него и вертелись охочие до бесплатной выпивки, среди которых не последнее место занимали поэты Муран и Данилов. По мере своих силенок они тянули его в болото.
Некоторые девушки приходили на кружок, чтобы посмотреть на поэта, переброситься с ним парой слов. Одни буквально вешались ему на шею. Но он ненавидел и шпану, с которой пил, и легкомысленных девочек — цельная, чистая натура!
Глубоко запали мне в душу некоторые его высказывания. Как-то мы шли с ним на вечер в клуб нефтяников в Черный город [5]. Всегда, когда его предупреждали, что ему надо выступать перед рабочими, он за сутки до этого в рот не брал хмельного. Был он и на этот раз трезвый.
— Эх, Сережа! — воскликнул я. — Если бы ты совсем, всегда не пил.
Помолчав, он ответил:
— Сказал бы, почему я пью, да ты не поймешь. Не могу я расколоть свою душу надвое,— добавил он, помолчав, — не могу, как тот знаменитый футурист: думает и чувствует одно, а пишет другое. Зато у него и выходит крикливо, барабанно — совесть свою заглушает. Но у него есть совесть, — и попомнишь мое слово — он не выдержит, как и я… мы оба покончим с собой!»
В своих воспоминаниях Евсей Гурвич рассказывает о выступлении С. Есенина 5 мая в клубе работников печати [6], об отношении поэта к бакинским напостовцам, о двух эпизодах, когда С.Есенин был нетрезв, причем во время второго он попал в отделение милиции.
Заканчивает Е. А. Гурвич свои воспоминания о встречах с С. Есениным словами:
«Уехал Есенин. И словно солнышко спряталось за тучи. В кружке стало как-то неуютно, повеяло холодком, как при солнечном затмении».

Воспоминания Е. А. Гурвича о Сергее Есенине, к сожалению, очень скупы, возможно, связано это с возрастом мемуариста: датированный 1966 годом вариант воспоминаний написан им в весьма преклонном возрасте — 81 года, и следует с уважением отнестись к человеку, сумевшему через всю жизнь пронести память о встречах с поэтом в далеком 1925 году.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Впервые опубликовано в ж. «Литературный Азербайджан» (1959, № 10) доцентом АПИРЯЛ им. М. Ф. Ахундова С. Ф. Турабовым; вошло в Полное собрание сочинений С. А. Есенина в шести томах (т. 5, с. 254).
2. С большой долей вероятности можно считать, что это произошло 31 марта — 1 апреля 1925 г., т.к. 30 марта С. Есенин приехал в Баку, а 2 апреля в «Бакинском рабочем» появилось сообщение, что 3 апреля С. Есенин выступит на заседании литкружка.
3. Е. Гурвич ошибается: С. Есенин пробыл в Баку около двух месяцев: с 30 марта по 25 мая 1925 года.
4. В 20-е годы в Баку существовало несколько литературных кружков. Первый литкружок рабочих писателей и поэтов был создан летом 1923 года при газете «Бакинский рабочий». На заседаниях кружка обсуждались произведения начинающих авторов, наиболее удачные отбирались для «Литературной страницы», регулярно появлявшейся в газете. Руководил кружком поэт Михаил Данилов, тоже один из друзей С. А. Есенина, однако к своим обязанностям относился не очень аккуратно и не возражал, когда после прихода в «Бакинский рабочий» Е. Гурвича руководство кружком перешло к последнему. При Гурвиче заседания кружка стали проводиться регулярно, еженедельно, по пятницам.
5. Об этом выступлении С. Есенина весной 1925 года нам ничего не известно.
6. Подробнее об этом см. нашу статью «Неизвестное выступление Есенина» (в газете «Литературная Россия». 1989, № 7, 17 февраля).

Комментарии   

0 #2 RE: ГУРВИЧ Е. А.Наталья Игишева 19.04.2017 23:33
Да за что же с уважением относиться к человеку, который, дожив, до глубокой старости, не нашел лучшего способа заявить о себе, как вылить посмертный ушат грязи на человека, до которого – при всех духовных немощах последнего – ему во всех отношениях было как до «далекого созвездия Тау Кита»? (Так и подмывает сказать, что в таком возрасте уже надо бы о душе подумать, о покаянии, а не о том, как потешить свое тщеславие, да только что-то мне подсказывает, что в жизнь после смерти Евсей Аронович, как «добропорядочны й» коммунист, не верил, а в небесный суд – и подавно.)
А если перейти к конкретике, то сохранилась масса фотографий Есенина, сделанных в то время. Не знаю, кто как, а я так на этих фотографиях вижу конченого модника и аккуратиста (метросексуала, как теперь говорят) с мальчишечьим лицом, который на алкоголика похож ничуть не больше, чем гвоздь на панихиду, или чем (перефразируя его статью под названием «Россияне») звезда небесная – на подошву сапога.
Цитировать
0 #1 RE: ГУРВИЧ Е. А.Анна Танеева 14.12.2012 13:53
Много, ой как много крутилось вокруг Есенина незначительных личностей, которые вошли в историю только тем, что Есенин перебросился с ними парой фраз. Таков, похоже, и Гурвич. Взялся же за перо он с одной целью, показать нам Есенина пьяницей и самоубийцей. В этом ряду любителей Есенинской поэзии можно назвать и Лаврентия Берию, и Петра Ермакова, ну и конечно Троцкого с Блюмкиным. НО Есенин никогда не был советским поэтом, он был русским поэтом.
Цитировать

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Новые материалы

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Источник: http://www.mu-today.ru.