Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

23480678
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
7047
18704
64301
21293541
296245
573992

Сегодня: Авг 17, 2017




Какую из белорусских подруг Есенин любил больше?

PostDateIcon 08.04.2011 06:48  |  Печать
Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 
Просмотров: 4838

Какую из белорусских подруг Есенин любил больше?
Поэт — крестьянский самородок плакал, как «рязанская баба», и целовал родную... полоцкую землю.

В октябре Сергею Есенину исполнилось бы 115 лет. Он крестился, носил лапти, сапоги и рубахи–поддевки с поясом, любил пить чай из самовара, играл на тальянке, пел рязанские частушки, а стихи свои носил в крестьянском платке. Пусть потом сельский херувим наденет модный костюм с галстуком, у него появятся цилиндр и трость, шляпы и модные штиблеты. Но все равно для многих из нас он останется крестьянским самородком, который писал стихи «чистые и звонкие».

Авторитет среди исследователей

Таким воспринимает его журналист, член Союза писателей Беларуси и Международного есенинского общества «Радуница» Петр Радечко.
Петр Иванович сам из деревни. Еще в девятом классе  купил «Русскую литературу» Тимофеева и вырезал оттуда небольшую статью о поэте из села Константиново, о рязанской «божьей дудке». Потом он найдет на чердаке одной из казарм сборник, который назывался «Стихотворения и поэмы», а в нем произведения любимого поэта. Они сразу перекочуют в карман гимнастерки солдата и долгое время будут находиться у самого сердца.
Помнится и такой случай. Окончив БГУ, поехал молодой журналист на работу в речицкую районную газету. И завел однажды разговор с коллегами о Сергее Есенине. А рядом проходил заместитель главного редактора, старый коммунист. Прислушался, подошел к новичку:
— Вы не забывайте, что находитесь в помещении органа горкома и райкома партии. И чтобы о кулацком поэте я не слышал здесь ни одного слова!
Но грозное предупреждение начальника не остановило журналиста-исследователя. И сегодня Петр Радечко — авторитет среди есениноведов. Он постоянный участник международных научных конференций, которые проводит Институт мировой литературы имени А. М. Горького Российской академии наук.
Став известным исследователем творчества Есенина, Петр Иванович написал  уникальные книги. Среди них — «Троянский конь репутации Есенина», «Есенин и белорусская поэзия», «Гомельская есениниана». А скоро появится еще одна — «Реабилитированный Есенин». В двух шкафах исследователя и чемоданах — более 400 книг, посвященных любимому поэту, 700 журнальных и несколько тысяч газетных публикаций, значки, марки, портреты, редкие фотографии. Такой коллекцией в нашей стране никто не может похвастаться.

Есенин гулял в Гомеле?

Захотелось поговорить о связях Есенина с нашей страной, которым в новой книге Петра Радечко посвящено множество страниц.
— А если быть точным, то у меня белорусская есениниана занимает 400 страниц, — начал свой рассказ исследователь творчества великого поэта. — Я остановлюсь на малоизвестных фактах. Некоторые из них изучены, выверены. С другими надо еще работать.
Итак, вопрос первый: посещал ли Сергей Есенин Беларусь? Я отвечаю: да. Идет Первая мировая война. Год 1916-й. Поэта призывают в армию, предоставленная ранее отсрочка закончилась. Новобранцу светит запасной полк, который готовится к отправке на фронт. Вот тут и обеспокоились его друзья — поэты Сергей Городецкий и Николай Клюев. Не буду уточнять как, но они вышли на полковника Дмитрия Ломана, адъютанта императрицы. И благодаря ему и, видимо, самой Александре Федоровне Есенин становится санитаром полевого Царскосельского военно-санитарного поезда № 143. Теперь точно установлено, что этот поезд, забрав раненых в Черновцах, 13 мая 1916 года прибыл в Гомель и простоял там целый день.
— Петр Иванович, а на чем зиждется ваше убеждение, что Сергей Есенин, бросив санитарный поезд,  выходил все-таки в город Гомель?
— А на том, что командование поезда № 143 государыни императрицы Александры Федоровны было, наверное, приглашено во дворец княгини Ирины Паскевич, которая в молодые годы являлась фрейлиной императорского двора. Ведь повод для этого был основательный. Поезд прибыл в Гомель накануне годовщины коронации их императорских высочеств. И по такому знаковому случаю, не сомневаюсь, был прием и торжества, на которых, вероятно, присутствовало и начальство прибывшего поезда. Наверняка гости ознакомились с лучшим в те годы парком страны, посетили храм Святых Петра и Павла. Среди них мог быть и Сергей Есенин, уже достаточно известный в ту пору поэт. Тем более что накануне тут выступал его лучший друг Николай Клюев и, может быть, даже рассказывал гомельчанам о восходящей звезде поэзии. Кстати, в Гомеле 5 апреля 1924 года выступала и будущая жена Есенина Айседора Дункан.
Но в Полоцке Есенин был! Когда они с Айседорой Дункан возвращались в Россию, из Риги ехали поездом на Москву через  Полоцк, Витебск, Оршу. Анатолий Мариенгоф в своей книге «Роман без вранья» написал, что Есенин ему рассказывал: как только они пересекли границу, плакал, как рязанская баба, и целовал родную землю. К тому времени Латвия  уже стала чужой страной, а Полоцк был родным, поскольку Беларусь входила в состав СССР. Выходит, он полоцкую землю целовал.

Женька-Рыфмочка

— Доподлинно известно, что у Сергея Есенина были хорошие друзья и подруги из Беларуси…

— Да. Один из них Лев Повицкий. Родился он под Гродно, вырос  в Мозыре, некоторое время жил в Гомеле. Отец его — крупнейший специалист по пивоварению, построил свой завод. Но Лев не пошел по отцовской линии, а записался в бунтари, много раз сидел в царских тюрьмах. Он несколько раз спасал поэта от голода. Осенью 1918 года Повицкий вывез Сергея Есенина и крестьянского поэта Сергея Клычкова из голодающей Москвы в Тулу, где жил у него зажиточный брат — пивовар. Помог он поэту и не менее голодной весной  1920 года. Нашел его Сергей Александрович в Харькове. Около трех недель гостевал там вместе с Мариенгофом.
— Некоторые исследователи считают, что строки, написанные на Кавказе, «чтобы я о дальней северянке не вздыхал, не думал, не скучал» имеют отношение к нашей землячке Надежде Вольпин. Якобы он говорил одному товарищу: «Эта северянка родила мне сына».
— Надежда Давыдовна родила от него сына Александра. Александр Сергеевич Вольпин-Есенин и сегодня жив. Он математик, защитил кандидатскую диссертацию, писал стихи. Но в 1972 году покинул родину и живет сейчас в Америке. С ним я не встречался, а вот с матерью его у меня была беседа.
Родилась она в Могилеве, жила в том доме, в котором проживал знаменитый полярник Отто Шмидт. Затем семья переехала в Москву. Писать стихи Надежда  начала в пятилетнем возрасте, а в 1919 году читала уже свои произведения с эстрады вместе с известным Яковом Полонским. Поэзия и познакомила ее с Сергеем Есениным. Она потом напишет: «Я любила Сергея больше света, больше весны, больше жизни — любила и злого, и доброго, и нежного, и жестокого, каким он был. Или хотел быть»…
Любил Есенин и еще одну нашу землячку. Но на то, чтобы установить ее место рождения, мне потребовалось более сорока лет. Я уже говорил, что Есенин посетил в 1920 году в Харькове Льва Повицкого. Был рядом с ним и Анатолий Мариенгоф, который написал в своей книге: «Есенин вывез из Харькова нежное чувство к 18-летней девушке с библейскими глазами. Девушка любила поэзию. На выпряженной таратайке, стоящей среди маленького круглого двора, просиживали они от раннего вечера до зари. Девушка смотрела на луну, а Есенин — в ее библейские глаза. Есенину нравилось, что девушка с библейскими глазами вместо «рифма»  произносила «рыфма». Он стал даже ласково называть ее: Рыфмочка».
Прочитав это, я сразу воскликнул: так это наша землячка, кто может так произнести это слово? С того времени и начался поиск. Мне попалось письмо, написанное поэтом девушке: «Милая, милая Женя!»; надпись на книге «Харчевня зорь»: «Я тебя, милый друг, помнить буду. Есенин»; снимок, где поэт сфотографировался с Мариенгофом и отправил его в Харьков. Прошло некоторое время, и я прочитал в книге москвича Владимира Белоусова «Сергей Есенин. Литературная хроника» рассказ самой Жени-Рыфмочки, Жени Лившиц, о своем знакомстве с поэтом: «Встречались мы часто». Она потом покинет Харьков, будет жить в Москве, чтобы видеться с поэтом.
Но судьба не свела их друг с другом. После разрыва поэта с Айседорой Дункан девушка снова напомнит о себе: «Сергей Александрович, дорогой!» А вот письмо, написанное в апреле 1924 года: «Сергей Александрович, милый!.. Берегите себя! Я целую Вас. Женя». Больше Есенину девушка с библейскими глазами не писала, как и он ей. Замуж Евгения Лившиц вышла только в 1930 году. В память о поэте своего второго сына она назвала Сергеем. После длительных поисков, в том числе и в архивах, я установил, что она родилась не в Харькове, как считают многие, а в Минске. Сначала дал мне эти сведения украинский коллега, потом подтвердила их племянница Евгении Лившиц Инна Бернштейн.
Вот все эти факты и материалы будут в новой моей книге «Реабилитированный Есенин».
— Но с выходом книги ваш поиск, Петр Иванович, не будет завершен?
— Конечно, нет. О Пушкине пишут до сих пор. А в судьбе Есенина еще больше загадок.

Евгений КАЗЮКИН, «БН»

«Белорусская нива», 16 октября 2010 г., № 194

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика